Глава 14 Органы внутренних дел Ставропольского края в 1945-50 годах XX века

В послевоенный период история НКВД - МВД СССР, а, следовательно, и история органов внутренних дел Ставропольского края, чрезвычайно насыщена событиями, настолько разноплановыми, что практически невозможно в полной и исчерпывающей мере объяснить причины и следствия происходившего.

Это время еще ждет своих историков и исследователей, оставаясь пока частично невостребованным историками на фоне глобальных изменений, происходящих в стране и в крае в настоящее время.

Достаточно определенно можно сказать одно: изменения в структуре и характере деятельности МВД были тесно связаны с изменениями во внутренней и внешней политике страны. За относительно небольшие в историческом плане промежутки времени политика руководства государства не раз менялась коренным образом. Определенную роль в этом играли и субъективные факторы, прежде всего - личности руководителей силовых и правоохранительных ведомств.

На первом этапе послевоенного развития страны главными задачами руководства были: восстановление разрушенного хозяйства, нейтрализация возникшей ядерной угрозы (путем создания собственного ядерного оружия), ускоренное развитие науки и производства, а также обеспечение минимальных «стандартов» жизни населения. Для этого необходимо было использовать все ресурсы, и не в последнюю очередь - ресурсы силовых и специальных ведомств.

Путем строжайшего контроля пытались исключить малейшее отвлечение на побочные цели. Добиться этого было нелегко. Уставшим за время войны людям требовался отдых, они стремились улучшить условия своей жизни различными - и не всегда законными-путями.

Резко возросли воровство, коррупция, в т.ч. среди руководящих работников. Борьба с негативными явлениями велась как методами пропаганды, средствами литературы и искусства, так и путем усиления репрессий. Не последнюю роль, естественно, играло Министерство внутренних дел.

Новый, послевоенный период для НКВД начался 29 декабря 1945г., когда Л.П. Берию освободили от обязанностей наркома внутренних дел, чтобы он мог полностью сосредоточиться на руководстве Специальным комитетом по организации всех работ, связанных с созданием ядерного оружия.1

Наркомом внутренних дел был назначен генерал-полковник Сергей Никифорович Круглов, бывший первый заместитель Берии.

С.Н. Круглов руководил НКВД - МВД в период с 29 декабря 1945 по 5 марта 1953 г., затем с 26 июня 1953 по 31 января 1956 г. Он проработал в этой должности дольше всех наркомов и министров внутренних дел СССР за период до 1960 г. -без малого 10 лет. С.Н. Круглов стал первым министром внутренних дел СССР.

С приходом нового наркома переориентация ведомства на решение послевоенных задач продолжалась - 22 января 1946 г. Был расформирван Отдел проверочно - фильтрационных лагерей НКВД в связи с завершением, в основном, работы по проверке военнослужащих, возвратившихся из немецкого плена, и репатриантов. А вскоре не стало и самого НКВД. 15 марта Верховный Совет СССР принял Закон о преобразовании Совета народных комиссаров в Совет министров, а наркоматов - в министерства. Всостав МВД, также как и прежде в НКВД, входили Главное управление милиции (ГУМ) и Главное управление исправительно-трудовых лагерей и колоний (ГУЛАГ).2

В апреле 1946 г. МВД СССР упразднило должности городских участковых инспекторов, введя вместо них должности участковых уполномоченных отделения милиции для работы на определенном участке территории. С мая 1946 г. такие должности были введены в населенных пунктах края.

В июле 1946 г. приказом начальника УМВД по СК был произведен раздел объектов между МГБ и МВД Ставропольского края в соответствии с договоренностью с начальником УМГБ по СК генерал-майором П.С.Мещановым. МГБ передавались: половина совхоза УМВД, расположенного в поселке Дивное, клуб им. Гофицкого. Личный состав санчасти и поликлиники, а также их имущество делились пополам между ведомствами, как и Пятигорская поликлиника, Ставропольский пионерлагерь. Типография оставалась на балансе УМВД с правом совместного использования на половинных началах.3

Все последующие изменения в структуре МВД обусловливались двумя факторами. Во-первых, оно все больше становится военно-хозяйственным министерством: именно на него возложили самые ответственные задачи в этой области, в том числе строительство объектов атомной промышленности, обеспечение добычи драгоценных металлов и целый ряд подобных функций.

Это было вызвано, прежде всего, огромной нехваткой трудовых ресурсов после страшных потерь в Великой Отечественной войне, а также стремлением руководства страны использовать силовой и административный ресурс МВД для преодоления проблем в народном хозяйстве. С другой стороны, с частью функций по поддержанию общественного порядка МВД постепенно расставалось, что объясняется как объективными, так и субъективными причинами. Одной из них, в частности, было стремление В.С. Абакумова, ставшего с 4 мая 1946 г. министром государственной безопасности, сосредоточить в МГБ все функции по обеспечению государственной безопасности и правопорядка в стране.4

Задача восстановления народного хозяйства Ставропольского края, поставленная перед УМВД края, с привлечением, как говорилось выше, административного и силового ресурса Управления МВД по Ставропольскому краю, выполнялась, прежде всего, заключенными, содержавшимися в лагерях для военнопленных, тюрьмах, лагерных поселениях края.

В Советском Союзе в 1945 г. численность лагерников по всей стране составляла 1,5 млн. человек, в 1950 г. - 2,6 млн., в 1953 г. - 2,5 млн.; спецпереселенцы (немцы, карачаевцы и др., общей численностью 2,3 млн. человек к концу 40-х гг.), военнопленные (1,5 млн. немцев и 0,5 млн. японцев). Трудом заключенных строились многие народно-хозяйственные и военные объекты, рудники, шахты, Байкало-Амурская железнодорожная магистраль, железная дорога Воркута-Салехард-Норильск, прокладывался тоннель под Татарским проливом на остров Сахалин. В Московской области прокладывались кольцевые бетонированные дороги в радиусе 50 и 100 километров от центра столицы общей протяженностью около двух тысяч километров для системы ПВО. В Башкирии и Иркутске возводились крупнейшие нефтехимические комбинаты.5

Во второй мировой войне СССР захватил в плен свыше 3 миллионов человек. К концу войны часть из них находилась, в том числе и на территории Ставропольского края. Здесь уже  в 1943 г. было организовано два лагеря военнопленных: № 147 - в селе Краснокумка Георгиевского района и № 424, управление которого находилось в Пятигорске. В январе 1945 г. вышел приказ УНКВД «О реорганизации отделения МГБ по руководству лагерями военнопленных и спецгоспиталями при УНКВД».6

В соответствии с ним были созданы лаготделения для военнопленных и интернированных в городах Кисловодск, Невинномысск, Ставрополь, Ессентуки, Пятигорск, в ст. Незлобной, в с. Изобильном.

В Ставрополе военнопленные работали на объектах Гражданстроя, в г. Пятигорске - в стройотделе НКВД, в г. Кисловодске - на объектах Севкавтяжстроя, в г. Ессентуки - на строительстве санатория НКВД, в х.Важный Усть-Джегутинского района на Хумаринских каменноугольных шахтах , в Суворовском районе - на военном конном заводе им.Сталина и в подсобном хозяйстве Кисловодского санатория НКВД, в пос.Скакун Новоселицкого района - в сельскохозяйственном лагере, в г. Невинномысске - на объектах Ставропольстроя. Использовался труд пленных и на строительстве канала Кубань - Егорлык. Лагерь № 424 входил в систему Гумосдора МВД СССР, и его пленные использовались на строительстве дорог Минводы - Кисловодск и Пятигорск - Орджоникидзе. Военнопленные содержались в бараках по 200 человек в каждом. В основном это были бывшие солдаты немецкой армии и ее союзников.7

Охрана лагерей была малочисленной. Например, бригаду в 150 пленных сопровождали на работы только три стрелка конвойных войск. Внутри лагеря существовала собственная охрана, состоявшая из военнопленных. Снабжение лагерей осуществлялось через управление военного снабжения МВД СССР. Одевались военнопленные в свою военную форму, а когда она приходила в негодность, им выдавали гражданскую одежду. Кроме того, они пополняли свой гардероб, получая посылки с родины, а также за счёт незначительных покупок: в качестве зарплаты им выдавалось немного денег.

Из-за перебоев с транспортом доставка продуктов в лагеря систематически срывалась. Трудоиспользование проводилось безо всякого учёта режимных условий и физического состояния пленных, которых посылали на работы за шесть-семь километров от лагеря, тем не менее, случаи смерти военнопленных были редки. В основном умирали пленные, поступившие в лагеря из-под Сталинграда: они были истощены и болели дистрофией. Военнопленные не были несчастными жертвами сталинского режима, как это порой преподносят некоторые политики от истории. Документы говорят о другом.

Например, в лагере № 424 в 1947 - 1948 гг. существовала и была раскрыта подпольная реваншистская организация «Вервольф» (оборотень), которая ставила целью подготовку военнопленных для новой войны с Советским Союзом и для возрождения Германии в её нацистских пределах. За несколько месяцев своего существования «Вервольф» нанёс хозяйству края материальный ущерб в несколько десятков тысяч рублей. «Оборотни» планировали массовый побег в горы. Для этого собирались начать изготовление гранат и другого вооружения. Оно, по мысли реваншистов, пригодилось бы в случае новой войны, которую могли начать западные державы. В 1948 г. группа была раскрыта оперативниками МВД, а её участники, около 50 человек, подверглись различным наказаниям в соответствии с действовавшим законодательством.8

В декабре 1946 г. в связи с репатриацией с территории края всех военнопленных венгров была установлена новая штатная численность лагерных отделений Управления лагеря № 147 для военнопленных: отделение №1 в г. Ставрополе-1000 чел., №2 -в г: Пятигорске- 800 чел., № 3 - в г. Кисловодске - 400 чел., № 4 - в г. Ессентуки-250, №5 - в Усть-Джегуте- 300, №7 - в с. Скакун- 600, № 8 - в г. Невинномысске-1000, и №9 - в г. Георгиевске (оздоровительное)-1500 человек. На основании архивных документов мы можем установить общую численность военнопленных в лагере №147 - она составила в 1946 г. 8000 человек.9

В 1946 г. милицию Ставрополья, в тот момент входившую в Управление НКВД по Ставропольскому краю возглавлял комиссар милиции 3-го ранга Михаил Викторович Топильский.

Топильский Михаил Викторович

Топильский Михаил Викторович родился 22 ноября 1902 г. в Панской слободе Козловского уезда Тамбовской области, в семье разнорабочего. Его отец погиб в Первую Мировую, был рядовым солдатом. Мать - домохозяйка, умерла в 1932 г.

С 1913 г. стал батрачить у кулаков. В 1914 г.пошел работать в железнодорожное депо станции Козлов (ныне г. Мичуринск). В 1918 г. Топильский вступил в комсомол, а в 1919 г. - добровольно в ряды Красной Армии, в 3-й конный корпус Гая, затем 1-ю Конную Армию. Принимал участие в боях на Западном фронте, с Врангелем, сначала рядовым бойцом, потом командиром взвода.

После Гражданской войны в 1921 г. Топильский командирован в Петроград в Военно-политический институт имени М. Толмачева. После его окончания направлен с группой слушателей в части Туркестанского округа. Вначале был назначен военкомом эскадрона, затем секретарем партийного бюро 77-го кавалерийского полка, затем через некоторое время занял должность военкома 76-го кавалерийского полка 6-й Алтайской Кавалерийской бригады в Восточной Бухаре (ныне Таджикистан).

В1926 г. решением Среднеазиатского бюро ЦК ВКП(б) Топильский назначен начальником политчасти Управления регулярной милиции Таджикистана. После окончания гражданской войны в Таджикистане в 1927 г. решением Среднеазиатского бюро ЦК ВКП (б) направлен для работы в органы ГПУ Таджикистана.

В течение четырех лет занимал ряд должностей в чекистских органах Таджикистана: начальник Курган-Тюбинского аппарата, начальник аппарата, начальник СПО ГПУ республики.

В 1932 г. приказом ППО ГПУ Средней Азии Топильский был назначен начальником СПО ГПУ Киргизии. В 1933 г. в связи с обостряющейся обстановкой в Туркмении назначен начальником ПО ГПУ Туркмении. В 1935 г. приказом ОГПУ СССР переведен для работы в ППО ГПУ по Азово-Черноморскому краю на должность начальника отдела.

В 1938 г. приказом по ОГПУ СССР в связи с активизацией деятельности японской армии (на озере Хасан) Топильский был переведен на Дальний Восток (г. Владивосток), где занимал должность заместителя начальника управления МВД. Принимал активное участие в боях против японцев.

В 1944 г. приказом МВД СССР назначен начальником УВД по Ставропольскому краю, где проработал до 1947 г. В 1947 г. был переведен в Калугу на должность заместителя начальника управления КГБ. В 1953 г. приказом МВД СССР Топильский был переведен в г. Москву на должность начальника дорожного отдела милиции Московско-Рязанской дороги.

Топильский награжден следующими наградами: орденом Ленина, тремя орденами Боевого Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, орденом «Знак Почета», десятью медалями, нагрудным знаком «Заслуженный работник МВД России» и почетными грамотами.

Выслуга лет в органах МВД и КГБ - 36 лет. Генеральское звание получил в 1943 г. В 1955 г. Топильскии вышел на пенсию. Занялся литературной и общественной деятельностью. Написал следующие книги: «Малое в великом» (1 и 2 книги), «Особое звание», «Ранние зори Таджикистана». Журнал «Советская милиция» опубликовал его повесть «Туркменская эпопея» и рассказ «Бой наркома».6

Структурно были созданы и функционировали под непосредственным руководством начальника НКВД секретариат, шифрбюро, отдел по борьбе с бандитизмом, 1-й спецотдел, отдел спецпоселений, тюремный отдел, финансовый отдел, отделение «СМЕРШ», отделение правительственной связи.

Заместитель начальника Управления НКВД полковник милиции Поздняк руководил отделами аппарата краевого Управления милиции, зам.начальника УНКВД полковник Цикляев возглавлял хозяйственный отдел, в который входили отделы: строительный, санитарный, автотранспортный, совхоз УНКВД в с. Дивном, отдел исправительных колоний, отделение по делам военнопленных и интернированных и лагерь № 147, отдел по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью, отдел пожарной охраны.

Еще один заместитель – майор Крючков руководил отделом кадров УНКВД, архивным отделом, в который входили все архивные учреждения края, в том числе и Государственный архив, а также руководил краевыми курсами милиции.10

Как мы видим, сама структура была определена главными целями и задачами, поставленными перед органами внутренних  дел края в 1945-1950 гг.

Страна возвращалась к мирной жизни. Первым приказом по УВД края в новом, 1946 г., стал приказ №001, своим названием символизирующий переход края к миру. Это был приказ «О расформировании истребительных батальонов, отдельных взводов и групп содействия им в Ставропольском крае».

Приказом оговаривалось, что созданные в начале Великой Отечественной войны истребительные батальоны и группы содействия им в городах и районах Ставропольского края, сыграли большую роль в деле борьбы с вражескими парашютистами, шпионами, диверсантами, бандитами дезертирами, предателями и изменниками Родине и прочим враждебным Советской власти элементом. Только ставропольский истребительный батальон за февраль-август 1946 г. задержал 7 бандитов, 121 бывших дезертиров, 402 преступника.

Также было отмечено: «…они активно участвовали в обеспечении боевых оперативных мероприятий проводимых органами НКВД по очистке тыла Красной Армии и освобожденной от немецких захватчиков территории края налаживании и поддержании революционного порядка.

В связи с победоносным завершением войны с фашистской Германией и агрессивной Японией и ликвидацией крупных бандформирований и основной базы для возникновения и роста бандитизма на территории Ставропольского края, а также исхода из того, что с остатками бандитизма и другими враждебными Советской власти элементами, вполне справятся органы НКВД при помощи войск НКВД, милиции и актива из местного населения, поэтому в содержании истребительных батальонов, взводов и групп содействия им - нет необходимости».

При расформировании истребительных батальонов и отдельных взводов и групп содействия им: «… часть их лучшего состава из числа мужского пола, главным образом молодых возрастов передать в группы общественного порядка созданных при участковых уполномоченных милиции, оружие и боеприпасы сдать на склад ХОЗО».11

На Ставрополье началось возрождение довоенной формы участия населения в работе милиции - бригадмил. Основой для работы стала изданная в апреле 1946 г. Инструкция МВД СССР «Об организации и практическом использовании бригад содействия милиции».

Еще одним подтверждением перехода к мирной жизни стало то, что изменялось отношение к ношению оружия. В марте 1946 г. приказом начальника Управления МВД СК утверждается новый порядок хранения, учета вооружения и боеприпасов, порядок ношения огнестрельного оружия рядовым, сержантским и офицерским составом органов внутренних дел Ставропольского края. Офицерскому и не аттестованному начсоставу Краевого аппарата и периферийных органов предписывалось немедленно зарегистрировать оружие, а тем, у кого в личном вооружении было по два и более вида оружия, оставить у себя на вооружении одно, положенное по табелю, а остальное сдать на местах в кладовую соответствующего органа.

Рядовому и сержантскому составу во всех случаях при нахождении  вне службы - в санаториях, домах отдыха и на лечении, а также вне службы в общественных местах (театрах, клубах, кино и т.д.) было запрещено ношение личного огнестрельного оружия. Все личное огнестрельное оружие, закрепленное за личным составом, теперь нужно было хранить при дежурных комнатах или в казарменных помещениях. Наградное оружие отбору не подлежало.12

Одной из примет новой мирной жизни было снятие армейских нарядов со стратегических объектов и замена их милицейскими постами. В августе 1946 г. приказом начальника УМВД по Ставропольскому краю начальника Городского отдела милиции Пейхвассера обязывают выставить на привокзальной площади Ставрополя у железнодорожного вокзала 3-х сменный милицейский пост, «…с задачей обеспечения общественного порядка и общественной безопасности на площади, троллейбусной остановке и привокзальном рынке».13

На основе Постановления СНК СССР от 4 октября 1945 г. в широких масштабах с целью наведения порядка развернулась паспортизация населения. Она была вызвана, прежде всего, специфическими условиями послевоенных лет, перемещением по стране значительных масс населения. Возникла настоятельная необходимость в прописке на новых местах жительства миллионов советских граждан, их учете и регистрации. Особенно много работы было у паспортных аппаратов милиции на освобожденной от врага территории. Повсюду организовывались адресные бюро, группы по учету военнообязанных запаса и призывников, справочные бюро и загсы. Паспортные аппараты милиции налаживали учет населения городов и рабочих поселков, выдавали возвращавшимся из эвакуации гражданам сотни тысяч справок и ответов на запросы о безвести пропавших или потерянных родственниках. Только в 1946 г. Центральное справочное бюро по эвакуации населения ГУМ МВД СССР, работавшее в теснейшем контакте с паспортными аппаратами, разыскало 214667 человек, утративших связи с родственниками за годы войны.

В то же время необходимо было проявлять особую бдительность, так как враждебные и преступные элементы, боясь ответственности за совершенные преступления, стремились любыми путями получить подлинные документы или паспорт на чужое имя, чтобы укрываться от следствия и суда. Разведки некоторых государств засылали в нашу страну своих агентов под видом репатриантов, лиц, возвращавшихся из эвакуации, или демобилизованных воинов. Сотрудники милиции, и прежде всего паспортных аппаратов и наружной службы, должны были распознавать и разоблачать вражескую агентуру, выявлять лиц без определенного места жительства и занятий. Бдительность работников паспортных аппаратов милиции помогала своевременно обнаруживать и задерживать правонарушителей, живущих под чужим именем по фальшивым документам, а также лиц, пытавшихся незаконно получить советский паспорт и прописку. В 1948 г. в Советском Союзе через паспортные столы было выявлено 60764 преступника.14

С 6.12.1946 г. по 11.07.1952 г. в должности начальника Ставропольского краевого управления МВД работал Николай Иванович Слякоткин.

Слякоткин Николай Иванович

Родился 25 мая 1900 г. в городе Санкт - Петербурге.

Закончил четыре класса городского училища, в котором учился с 1910 по 1914 г.г. В 1918 - 1919 гг. прапорщик военно-дезинфекционного отряда г.Петроград, в 1920 - 1922 г.г. красноармеец военно-политической Академии, в 1922 – 1923 г.г. курсант командных курсов, в 1923 - 1924 гг. - начальник кордона 6 –го батальона ОГПУ г.Ораниенбаум. Учился на курсах по повышению общеобразовательной подготовки с 1935 по 1938 гг., затем на командных курсах с 1922 по 1923 г.г. В 1926 - 1941 г.г. - агент, старший агент, старший уполномоченный, начальник отдела, заместитель начальника отдела, начальник отдела УМВД по Ленинградской области (г. Ленинград). В 1941 - 1944 гг. - начальник особого отдела и начальник контрразведки войск НКВД Ленинградского и Карельского фронтов. В 1944 - 1946 гг. - начальник УМВД по Вологодской области. В должности начальника Ставропольского краевого управления МВД с 06.12.1946 г. по 11.07.1952 г. Переведен на работу в Ростовскую область. Награжден именным оружием – « …за беспощадную борьбу с контрреволюцией - 1932 г., знаком «Почетный работник ВЧК» - 1937 г., орденом «Красного Знамени» - 1943 г., орденом «Отечественной Войны 1-й степени» - 1944 г., орденом «Красного Знамени» - 1944 г., орденом «Отечественной Войны 2-й степени» - 1945 г., медалями «За оборону Ленинграда» - 1945 г., «За победу над Германией» - 1945 г., «За оборону советского Заполярья» - 1945 г.

К концу войны со всей остротой встала проблема репатриации на родину 5 млн. советских граждан («перемещенных лиц», включая военнопленных, «восточных рабочих», узников концлагерей, военнослужащих в немецких формированиях и пр.), оказавшихся за пределами СССР и оставшихся в живых. Согласно соглашениям в Ялте, «перемещенные лица» должны были в обязательном порядке возвращаться на родину. До марта 1946 г. в СССР было репатриировано 4,2 млн. советских граждан (2,7 млн. гражданских лиц, 1,5 млн. военнопленных).

В результате разлада между союзниками обязательный принцип репатриации начал нарушаться сначала в отношении «западников» (граждане из районов СССР, присоединенных после 1939 г.) а затем и «восточников». «Невозвращенцы» составили так называемую «вторую волну эмиграции» из России на Западе. В 1952 г. численность этой эмиграции (в основном не желающих или просто побоявшихся возвратиться в СССР) составила около 620 тыс. человек. Из них 140 тыс. - это бывшие советские немцы, принявшие гражданство ФРГ.15

Судьба тех, кто был возвращен в СССР, также оказалась непростой. Сталинское руководство опасалось, что длительное бесконтрольное пребывание советских людей за границей повлияло на их мировоззрение и политические настроения. «Контраст между уровнем жизни в Европе и у нас, контраст, с которым столкнулись миллионы воевавших людей, - писал К. Симонов, - был нравственным и психологическим ударом, который не так легко было перенести нашим людям, несмотря на то, что они были победителями в этой войне». Этот контраст мог стать основой «низкопоклонства перед Западом», распространения которого среди советских людей очень опасались во властных структурах страны.

Этапом возвращения к родным домам для всех этих лиц стали сборно-пересыльные пункты Наркомата обороны и проверочно-фильтрационные пункты НКВД (для гражданских лиц), специальные запасные части военных округов (для военнопленных бывших военнослужащих Красной Армии). Выявленные в результате проверки «преступные элементы» (служившие у немцев), а также «внушающие подозрение» направлялись в проверочно-фильтрационные лагеря НКВД, «для дальнейшей проверки», или же прямиком в исправительно-трудовые лагеря. В итоге 2,4 млн. репатриантов было направлено к месту жительства, 800 тыс. - призвано в армию, 608 тыс. - зачислено в рабочие батальоны НКО и 273 тыс. (среди них 123 тыс. офицеров) передано в лагеря НКВД.16

Общее число прибывших в Ставропольский край в 1946 г. репатриантов составило 4916 человек, по каждому из которых проводились проверки. Итоги проверок докладывались руководству ежемесячно.17

Окончание войны проявилось и в принятии решений по военнопленным.

С 15 августа по 15 сентября 1946 г., в лагерях для военнопленных на территории края прошла первая отправка на родину инвалидов, стариков, длительно нетрудоспособных и транспортабельных больных военнопленных рядового и офицерского состава, а также младших офицеров всех национальностей до капитана включительно.

Освобождению не подлежали офицеры, служившие в войсках СС, СА, СД и гестапо, независимо от их физического состояния и национальности, участники зверств, независимо от звания, физического состояния и национальности.

Для отбора военнопленных, подлежащих освобождению и организации отправки были назначены комиссии по лагерю 454 и лагерю 147 (г.Георгиевск).

Отбор и подготовка к отправке проводились под предлогом сосредоточения нетрудоспособного контингента в специальные оздоровительные лагери, было обеспечено сохранение строгой тайны об оправке на родину от всех военнопленных, в том числе, и от подлежащих освобождению.

В инструкции по подготовке к отправке было сказано: «…от остающихся в лагерях военнопленных это должно быть скрыто и впредь, а освобожденным объявить об отправке на родину только в пути следования эшелона при приближении к границе».

Передача освобожденных военнопленных производилась: немцев в лагерь МВД № 69 (Франкфурт-на-Одере), поляков в лагерь МВД №284 (Брест-на-Буге), венгров, австрийцев и чехословаков в лагерь МВД №36 (Сигет), румын, югославов и болгар в лагерь МВД № 176 (Фокшаны).18

Эшелоны были снабжены продовольствием на весь путь следования и 10 суточным выгрузочным запасом в необходимом ассортименте. С учетом летнего времени, отправляемых одевали только в трофейное обмундирование и обувь. Особо подчеркивалось: «…Для следуемых в английскую, американскую, французскую зоны оккупации обмундирование выдать лучшее».

Для сопровождения эшелона, обеспечения порядка в пути следования, организации питания и медико-санитарного обслуживания освобождаемых военнопленных начальником эшелона был назначен зам. нач. управления лагеря № 147 старший лейтенант Ковалев.

Важнейшей задачей продолжало оставаться решение проблемы милицейских кадров, подъема образовательного уровня, как рядового так и офицерского состава, в военное время не имевшего возможности учиться.

Директива «О мероприятиях по закреплению кадров на работе в органах милиции» от 10 января 1947 г. МВД СССР определяла, что в связи с тем, что за годы войны милиция пополнилась новыми кадрами, необходимо повышать их образовательный уровень, квалификацию. Одновременно отмечалось, что: «…в то же время, политотделы, политчасти неудовлетворительно проводят политико-воспитательную работу; общеобразовательная подготовка работников слаба, забота о материально-бытовых условиях неудовлетворительна».

В качестве мер по улучшению состояния дел, предлагалось для вновь принимаемых в милицию ввести письменные обязательства прослужить не менее 3 лет; выселять из квартир уволенных по отрицательным мотивам; открыть столовые по низким ценам, наладить снабжение работников милиции топливом, овощами. Отбор в милицию предлагалось сделать более качественным за счет привлечения лучших членов бригад содействия милиции. С целью закрепления кадров на длительные сроки в органах милиции для рядовых милиционеров были введены разряды с существенной разницей в оплате: первый разряд - милиционеры, прослужившие 6 и более лет, второй - прослужившие от 3 до 6 лет, третий - все остальные. За особые заслуги, подвиги, героические поступки перевод из разряда в разряд осуществлялся досрочно приказами МВД СССР или МВД союзных республик. 19

С этой же целью в марте 1948 г. вышел приказ начальника УМВД по СК № 277 «О вызове сотрудников в УМВД для личных бесед перед назначением, перемещением или освобождением от работы», которым заместителю по кадрам - полковнику Крючкову предписывалось персонально беседовать с каждым перемещаемым или увольняемым сотрудником. Перед политорганами милиции поставили задачу «…Довести до понимания каждым работником милиции почетной роли милиции, в повседневной работе укреплять личный авторитет рядового милиционера, повышать в каждом из них чувство ответственности за надлежащее выполнение своего служебного долга. К работе по воспитанию и оказанию помощи вновь принятым привлекать старый кадровый состав милиции». При всех отделах милиции предписывалось создать ленинские комнаты, политотделы и политчасти снабдить кинопередвижками для обслуживания сельских аппаратов милиции.20

Однако реализация данных указаний на местах столкнулась со значительными трудностями, прежде всего, как говорилось выше - низким общеобразовательным уровнем нового пополнения, при чем как рядового, так и офицерского состава. Поэтому 2 сентября 1948 г. издается очередной приказ МВД СССР «О повышении требований к вновь поступающим на работу в органы милиции», который предписывал принимать вмилицию: «…на должности начальствующего, оперативного состава и участковых уполномоченных, как правило, только с семилеткой».

В основном пополнение милиции происходило за счет демобилизованных воинов Советской Армии. В 1948г. в составе милиции СССР служили 24 Героя Советского Союза. В милиции Ставропольского края к тому времени проходили службу 3 Героя Советского Союза, в том числе знаменитый снайпер Иван Петрович Меркулов, Василий Никифорович Толстов, и Кавалеры 3-х орденов «Славы» - Михаил Петрович Апальков и Павел Иванович Михайлов.

Приход в милицию опытных офицеров и солдат Советской Армии благоприятно сказался на укреплении дисциплины, повышении качества строевой выучки, боевого мастерства личного состава, но решающего воздействия на улучшение качественного состояния кадров это оказать не могло, так как число их продолжало оставаться небольшим.

Для повышения профессионального уровня личного состава МВД наметило в течение 4-5 лет охватить системой школьного и заочного обучения весь «руководящий и оперативный состав, предусмотрев наряду со специальными дисциплинами юридическую подготовку».

Республиканские и межобластные школы и курсы милиции реорганизовывались в школы и курсы начсостава милиции. Школы начсостава переводились в 1947/48 учебном году на 2-годичный срок обучения, вводилась юридическая подготовка в объеме программы средней юридической школы. В г. Ленинграде планировали открыть школу подготовки и переподготовки политработников милиции (набор 200 чел.). Курсы милиции в г.г. Череповце, Иркутске и Пятигорске реорганизовывались в школы начсостава по подготовке участковых уполномоченных.

В приказном порядке вводилась общеобразовательная подготовка офицерского состава органов внутренних дел Ставропольского края. В июне 1946 - 50 г.г. начальник Управления издавал приказы об окончании учебного года и подготовке к предстоящим экзаменам по общеобразовательным дисциплинам. Этими же приказами предписывалось общеобразовательную подготовку личного состава Ставропольского гарнизона милиции проводить трижды в неделю с 8 до 13 часов дня, заместитель по политчасти обязан был организовывать и проводить проверочные испытания, представляя после этого на утверждение начальнику УМВД план и расписание экзаменов. Контроль за посещаемостью и успеваемостью возлагался на начальников отделов и подразделений, причем освобождение от занятий мог дать только начальник УМВД или его заместитель.21

Среди архивных материалов встречаются списки личного состава, состава отдельных команд и оперативных подразделений городских и районных отделов внутренних дел, тюремных и лагерных учреждений, пожарных команд. Характерной их особенностью является то, что более 40% личного состава их составляют женщины. Военное и послевоенное время диктовало свои условия. С учетом того, что на фронт ушло подавляющее большинство молодых мужчин, технические, а зачастую, и оперативные должности заполнялись женщинами-сотрудниками, работавшими в ГАИ, в ПВС, постовыми милиционерами, охранниками.

В октябре 1947 г. приказом Министра внутренних дел СССР был объявлен и введен в действие новый Устав постовой службы милиции, которым был предусмотрен ряд новых положений. В частности, патрульная служба, до этого носившая эпизодический характер, теперь становилась обязательной частью наружной службы.

Материально-техническая база была для того времени достаточно высокой, укомплектованность автотранспортом, была, правда, в основном за счет поставок из стран антигитлеровской коалиции (по «ленд-лизу»), и за счет трофейной техники.

Дежурная часть УВД также как и уголовный розыск была укомплектована автомашиной «Виллис», дежурная ГАИ - «пикап ГАЗ», ОБХСС - автомашиной «Мерседес», оперативная часть управления - «Бъюик», начальник и его зам пользовались автомашинами «Опель-Адмирал», «Шевроле», а рядовые сотрудники розыска, ГАИ, фельдсвязи мотоциклами «М-72» и «Харлей-Дэвидсон».22 В октябре 1946 г. для выполнения оперативно-служебных задач и обеспечения службы связи Управлению милиции был передан самолет ПО-2 и введены должности летчика и бортмеханика.23

Транспорт же в большинстве райотделов был тягловый - верховые и упряжные лошади. Их насчитывалось 384 по Управлению, районным отделам, по пожарным инспекциям и тюремным учреждениям, а всего по подразделениям милиции края- 570.24

Послевоенное время, огромные людские и материальные потери, которое понесло сельское хозяйство края и страны, тяжелое положение с обеспечением продовольствием, выдвинуло первоочередную задачу - во что бы то ни стало не допустить голода, накормить личный состав и спецконтингент. На протяжении почти семи лет в августе-сентябре каждого года издавались приказы начальника краевой милиции, начинавшиеся одной и той же фразой: «В целях принятия своевременных мер по обеспечению офицерского и рядового состава органов МВД и милиции на зиму овощами и картофелем…». Для этих целей выделялось необходимое количество работников из числа сотрудников и транспорт, которые оказывали помощь колхозам в уборке в обмен на продукцию. О важности этой работы говорило то, что приказом предусматривалось всем начальникам подразделений представлять лично первому лицу к 20-му сентября докладную записку о принятых мерах по заготовке, а также сведения раздельно о количестве продукции подсобных хозяйств, индивидуальных огородов и степени обеспеченности этой продукцией офицерского и рядового состава на зиму.25

В феврале 1946 г. ЦК ВКП (б) и Совет министров СССР принимает специальное постановление «О мерах по подъему сельского хозяйства, подготовке и проведению весеннего сева в колхозах и совхозах Ставропольского края». В апреле было принято еще одно постановление - «О мерах по обеспечению сохранности хлеба, недопущению его разбазаривания, хищения и порчи», в соответствии с которым на органы милиции была возложена обязанность проверки состояния и сохранности зерна на государственных заготовительных пунктах с привлечением виновных к строгой ответственности.

Каждые пять дней УВД СК предоставляло в МВД телеграфную отчетность о ходе выполнения весеннего сева, уборки урожая, сева озимых, вспашки зяби и сенокошения подсобными хозяйствами отделов УМВД, ввиду того, что таковые хозяйства были созданы во всех отделах. В полную силу работал совхоз УНКВД в с. Дивном.

Естественно, что такой сельскохозяйственный край как Ставропольский, принимал все меры к усилению сохранности урожая, в особенности зерна. Каждый год в сентябре в течение 43-46 г.г. подписывался приказ начальника УМВД по СК «Об усилении мер борьбы за сохранность хлеба и злоупотреблениями с продовольственными и промтоварными карточками».

Ежедекадно, к 8, 18 и 28 числу сентября-ноября предоставлялась отчетность в УМВД по СК, а далее - в МВД СССР о количестве дел, возбужденным за хищение, разбазаривание и порчу хлеба, в том числе по делам, возбужденным по председателям колхозов, директорам заготпунктов и элеваторов, материально-ответственным лицам, работникам охраны; количеству похищенного, разбазаренного, изъятого хлеба, скрытого от учета. Отчетность отличалась от отчетности УВД СК в МВД в 70-х -80-х г.г. тем, что показатели шли не в тоннах, а в килограммах, что свидетельствовало о принципиальной позиции государства - любой ценой сохранить каждый килограмм зерна и накормить послевоенную страну!26

С этой же целью в июне 1946 г. в совхозе «Темпельгоф» Минераловодского района Ставропольского края была организована сельскохозяйственная колония с численностью заключенных - 300 человек,27 а в совхозе «Бургун-Маджары» колония «Буденновская» с численностью заключенных 600 человек, начальником ее был назначен лейтенант Ф.И.Чеботаев.28

За всеми ОЛП и ИТК края были закреплены посевные площади, ГУЛАГом для каждого из 6-ти подведомственных учреждений в крае установлены твердые нормы их обработки, развернуто соревнование между заключенными по выполнению планов сельхозработ. Лучшей в крае в 1946-47 гг. была признана ИТК-4 Советского района с выполнением плана на 133,2 %.29

13 сентября 1946 г. было принято Постановление Совета Министров СССР «Об усилении борьбы со спекуляцией», рассматривавшее этот вид преступлений как один из наиболее опасных. К работе по борьбе со спекуляцией органами внутренних дел на Ставрополье были привлечены бригады содействия милиции. Бригадмильцами не только задерживались спекулянты-одиночки, но и целые группы спекулянтов и мошенников. Приказом по Управлению в конце 1947 г. более 20 бригадмильцев городов Кавмингруппы, Ставрополя, с.Александровского были поощрены премиями за активную работу по содействию милиции в борьбе с данными преступлениями.

Одним из самых важных событий в социальной сфере стали одновременно проведенные отмена в декабре 1947 г. карточной системы, введенной в годы войны, и денежная реформа, носившая по сути конфискационный характер. Не подлежали переоценке вклады населения в сберегательных кассах, размеры которых не превышали 3 тысячи рублей. Находящиеся у населения наличные деньги обменивались в соотношении 10 к 1. Таким образом, все, кто хранили доходы дома, крупно проигрывали.30

Правительство объясняло необходимость реформы тем, что за время войны произошло существенное снижение покупательной способности рубля. Денежная реформа проводилась одновременно на всей территории страны с 16 по 29 октября 1947 г. Обмен облигаций конвертируемых займов – летом 1948 г.

Денежная реформа, по оценке министра финансов А. Зверева, «позволила ликвидировать последствия войны в области денежного обращения, излишние деньги изъяты из обращения. Ликвидированы крупные накопления, образовавшиеся у отдельных групп населения в результате высоких рыночных цен, а также спекуляции. Сокращен государственный долг и уменьшены связанные с ним расходы государственного бюджета».31

Одновременно с денежной реформой было объявлено о снижении розничных цен на основные продукты питания и промышленные потребительские товары. В 1947- 1950 г.г. розничные цены на товары массового потребления снижались пять раз, и к концу пятилетки они были на 43% ниже уровня 1947 г. Жизненный уровень населения, хотя в целом оставался довольно низким, имел тенденцию к повышению. В связи с денежной реформой и принятием постановления «О завозе денег образца 1947 г. в отделения Госбанка» на милицию была возложена ответственность за охрану денег в пути и на выплатных пунктах. Выполняла эту работу и милиция Ставрополья.

Окончание войны внесло и более лояльное отношение к заключенным, содержащимся в многочисленных колониях и тюрьмах края. Создаются комиссии по рассмотрению дел для помилования и освобождения заключенных в июне 1946 г., в октябре - комиссия для рассмотрения материалов на заключенных, «…заболевших душевной болезнью или тяжелым неизлечимым недугом»,32 в конце октября расформировывается отдел спецпоселений УМВД по Ставропольскому краю, с передачей в архивы и отделы общего делопроизводства материалов по бывшим кулакам.33

В августе пересыльный пункт в г.Георгиевске был преобразован в пересыльную тюрьму для быстрейшей пересылки заключенных, репатриированных, перемещаемых и т.д. Огромные массы людей, перемещаемых по всей стране, требовали более четкой и оперативной работы органов внутренних дел. Кроме лагерей для военнопленных на территории края также действовали тюремные учреждения, в том числе детская трудовая воспитательная колония, где содержались 346 человек воспитанников.

Одновременно милиция Ставрополья выполняла задачу, поставленную руководством страны в первые послевоенные годы - очистить страну от изменников Родины, бывших полицаев, предателей.

В мае 1946 г. отделом по борьбе с бандитизмом и группой сотрудников - капитаном Корчановым, лейтенантом Горовенко, ст. лейтенантом Уточкиным выявлено и арестовано на территории КЧАО, Апанасенковского, Андроповского района 24 человека агентов разведки, начальников полиции, жандармов, полицаев и т.д.

В сентябре 1946 г. в Апанасенковском районе было выявлено и арестовано 31 человек, Невинномысском районе -11, Минераловодском -10, Егорлыкском-9, Степновском -8 и Хабезском районе 8 человек предателей и пособников гитлеровцев.34

26 мая 1947 г. в СССР была отменена смертная казнь. Она заменялась лишением свободы до 25 лет. Это положение просуществовало до 1950г., когда казнь была восстановлена в отношении шпионов, изменников Родины, а затем и в отношении других категорий преступников.

Оперативная обстановка в то время продолжала оставаться сложной. В четвертом квартале 1946 г. в городах Кавказских Минеральных Вод и во всем районе КМВ увеличилось количество тягчайших преступлений, нередки были вооруженные грабежи, убийства на почве грабежей, квалифицированные кражи в крупных размерах и дерзкие формы хулиганства с применением огнестрельного и холодного оружия.

Только с октября до 25 декабря 1945 г. в Пятигорске, Ессентуках, Минеральных Водах и Горячеводске было совершено 26 вооруженных нападений, в результате которых погибло 14 человек. Сформировавшаяся осенью 1945 г. в Пятигорске группа из 7 бывших преступников, инвалидов войны, возглавляемая неким Сычевым, имела на вооружении два пистолета «ТТ», револьвер «Наган», совершала грабежи и зверские убийства. Группа «гастролеров» под руководством некого Раевского связавшись с местными ворами, в форме офицеров Советской Армии совершили несколько грабежей. В Минеральных водах из учеников и сотрудников ремесленного училища сформировалась преступная группа, совершившая более десяти убийств.

Приказом начальника от 30.01.46 г. была произведена массовая «зачистка» городов Кавмингруппы. Только за 10 дней при проведении зачистки было арестовано более 50 воров, около 1000 нарушителей паспортного режима.35

Борьба с уголовной преступностью оставалась одной из приоритетных задач милиции. Сотрудники милиции, просто выполняя свою работу, проявляли мужество и героизм.

9 апреля 1946 г. паспортист Нагутского райотдела Рязанцев задержал сбежавших из-под ареста скотокрадов. Младший лейтенант милиции В.Д.Тимофеев, участковый Молотовского РО МВД в течение месяца задержал изменника Родины, перешедшего добровольно на сторону гитлеровцев, и арестовал совершившего более 10 краж скота опасного преступника.36

30 мая 1946 г. в хуторе Рымгорском Кисловодского района был совершен налет на квартиру колхозника. Ст. оперуполномоченный Кисловодского РО МВД лейтенант Филь, организовав опергруппу из 5 человек, настиг вооруженных бандитов, и, будучи дважды ранен, задержал главаря банды.37

Начальник Туркменского РО МВД ст. лейтенант Иконский обезвредил двух вооруженных бандитов, ранивших сторожа и забравших с тока 540 кг. зерна.

13 августа 1946 г., оперуполномоченный Спицевского РОМВД - мл. лейтенант милиции Зиновьев, получив донесение о вооруженном налете бандитов на 4-ю бригаду колхоза им. Воровшилова села Сергиевки, немедленно принял меры к задержанию преступников. В результате находчивости, решительности им были задержана банда Рябова, изъято два винтовочных обреза, 55 патронов, 102 кг. зерна, взятого при нападении на колхозную бригаду.38

В Ставрополе капитан милиции Н.Н. Щербанюк, лейтенант милиции Б.И. Кобиев, мл. лейтенант милиции И.С. Данилов задержали группу преступников из 5 человек, совершившую 8 краж. Лейтенантом М.Г. Сидоренко, капитаном Ф.В. Сорокиным, мл. лейтенантом А.Г. Дулиным арестована группа воров из 9 человек во главе с рецидивистом Купцовым, совершившую полтора десятка квалифицированных краж.39

В марте - мае 1948 г. на территории Георгиевского и Александрийско - Обильненского района было совершено 14 разбойных нападений на организации и граждан вооруженной бандгруппой. В Георгиевский район была направлена опергруппа Отдела по борьбе с бандитизмом под руководством майора Смирнова, в составе капитана М.Е. Аносова, лейтенанта А.К. Чунихина, сотрудников Георгиевского ОВД капитана Д.А. Ильюшенкова, лейтенанта А.П. Рубаник, лейтенанта П.Н. Гиря. В результате их умелых действий с 6 по 15 мая 1948 г. были ликвидированы 2 вооруженные бандгруппы, 1 грабительская и 1 воровская шайка общей численностью 11 человек, изъято 4 пистолета, 3 револьвера, 2 охотничьих ружья, ножи, патроны, большое количество награбленного.40

В ночь на 16 августа 1949 г. из кассы колхоза «Заря Востока» было похищено 28 тысяч рублей. Ст. оперуполномоченный отдела по борьбе с бандитизмом ст. лейтенант Кровный и участковый инспектор Арзгирского РОМВД младший лейтенант Долгачев задержали преступников, изъяв при этом у них два пистолета с патронами, похищенные деньги.41

8 июля 1948 г. в 23 часа 30 минут рейдовая бригада в составе зав рай ЗАГСом Н.П. Горяинова, паспортиста О.А. Горяиновой, инспектора Н.Ф. Гридиной при проверке состояния охраны зерна подверглись вооруженному нападению. В ходе завязавшейся перестрелки Н.П. Горяинов был смертельно ранен. Нападавших удалось задержать. 42

4 июня 1949 г. в Невинномысске при исполнении служебных обязанностей был убит бандитами проводник служебно-розыскного собаководства Невинномысского горотдела милиции младший лейтенант милиции Марков. Уже 7-го июня организовав необходимые мероприятия по розыску преступников, бандиты были арестованы. Оперативные мероприятия по розыску и задержанию проводились заместителем начальника ОУР УМ УМВД СК майором милиции Ф.В. Сорокиным, участковым уполномоченным Невинномысского ГОМВД И.И. Цветковым и милиционером того же отдела П.С. Скиба.43

10-11 января 1949 г. начальником отделения следственного отдела УМ УМВД СК капитаном милиции Великим Ф.А., старшим следователем того же отдела лейтенантом милиции Г.И. Рыбаковым и старшим оперуполномоченным ОУР УМ УМВД СК старшим лейтенантом милиции Е.А. Ляховым было раскрыто убийство милиционера Ставропольского горотдела Петренко. В ходе раскрытия этого дела была арестована бандгруппа численностью 9 человек, изъято 7 стволов огнестрельного оружия.44

В мае - июне 1949 г. начальником БХСС Кисловодского отдела капитаном милиции В.Е. Булавиным было ликвидировано 2 преступных группировки численностью 12 человек, орудовавших в санаториях  Кавмингруппы.45

Изменения в структуре МВД и милиции края продолжались, и в 1947 г., 20 января, Совет министров принимает Постановления о передаче из МВД в МГБ СССР внутренних войск, а также транспортной милиции и соответственно из Главного управления милиции - Транспортного управления.

В феврале 1948 г. в составе Главного управления милиции МВД СССР, управлений милиции республик, краев и областей были созданы следственные аппараты, на которые было возложено расследование уголовных дел, возбуждаемых оперативными работниками милиции.

В январе и феврале повышается статус ряда служб внутри министерства. Приказом МВД№ 0063 от 29 января 1947 г. Отдел кадров МВД реорганизуется в Управление кадров.

В июле МВД СССР утвердило новый Дисциплинарный устав милиции.

Одним из важнейших участков работы, на котором необходимо было навести порядок в первую очередь после окончания войны, стало архивное дело. В связи с тем, что в сороковых - пятидесятых годах все архивы края находились в системе МВД, приказом 104 от 4 февраля 1948 г. была организована комиссия по проведению обследования работы архивных органов Ставропольского края. Целью данной работы было приведение архивных учреждений в надлежащий вид после окончания войны. В комиссию вошли председатель - зам. начальника тюремного отдела капитан Назаров, старший научный сотрудник, зав. Оргметодотделом группы Архивного отдела Крючкова, старший научный сотрудник отдела секретных фондов Архивного отдела Кузьменко, сотрудник УМВД капитан Ефремов.46

По итогам проверки в конце марта 1949 г. был издан приказ начальника УМВД края, предусматривающий целый комплекс мероприятий по совершенствованию работы архивов, в том числе обеспечение их помещениями, укрепление кадров архивных органов, обучение на методических семинарах сотрудников и заведующих государственными архивами.

Особое внимание было уделено состоянию работы Государственного архива Ставропольского края, состоянию учета, научно-технической обработке документальных архивов, а также проведению научно-исследовательской и публикаторской работы.47

В марте 1948 г. в крае был организован и проведен спецсеминар по организации дактилоскопирования. Все 20 сотрудников, обучившиеся на нем были утверждены по совместительству, как тогда было принято говорить и писать «дактилоскопами» в органах и подразделениях внутренних дел края.48

В 1948 г. было закончено строительство здания Санчасти ХОЗО УМВД по СК, сегодня - здание больницы и поликлиники ГУВД края. Отмечалось, что коллектив стройотдела ХОЗО закончил строительство на три месяца раньше срока, установленного МВД, за что были объявлены  благодарности начальнику стройотдела инженер-майору Ноздрачеву В.Д., а также ряду рабочих.49

Все сложности и противоречия послевоенного времени проявились в проводимых на Ставрополье, Кубани, Дону мероприятиях: «По обеспечению выселения, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 июня 1948 г. и приказа МВД СССР № 00631 от 4 июня 1948 г., в отдаленные районы страны лиц, уклоняющихся от трудовой деятельности в сельском хозяйстве и ведущих антиобщественный, паразитический образ жизни».

Большой негативный заряд данного Указа был вызван тем, что в нем продолжалась практика печально памятного всем года репрессий - 1937-го, практика вынесения внесудебных решений. Право выносить общественные приговоры о выселении предоставлялось общим собраниям колхозников или общим собраниям крестьян села. Критерии виновности или невиновности не были закреплены какими - либо критериями.

В связи с этим постановлением прогнозировалось возмущение населения, подобное временам начала коллективизации, так как данным Указом крестьяне становились еще более привязаны к колхозам и совхозам, почему на органы МВД и было возложено обеспечение общественного порядка в сельских населенных пунктах во время подготовки и проведения общих собраний, созываемых для решения вопроса о выселении, а также предупреждение побегов лиц, намеченных к выселению, своевременное пресечение актов мести со стороны антисоветского элемента, лиц, подлежащих выселению и их родственников, организация отправки подлежащих выселению и их сопровождение в пути к месту следования.

В целях четкого выполнения приказа МВД начальники органов МВД или их заместители должны были лично присутствовать на всех общих собраниях колхозников и крестьян села.

Сборными пунктами для доставки выселяемых на железнодорожные станции были определены в Ставрополе - тюрьма №1, станция погрузки - Ставрополь, город Черкесск - тюрьма №3, станция погрузки - станция Баталпашинская, село Благодарное - тюрьма №4, станция погрузки - ж.д. станция Благодарное, Буденновск - тюрьма № 5, станция погрузки - ж.д. станция Буденновск, Георгиевск - с\х ИТК №6, станция погрузки - ж. д. станция Георгиевск.50

Начальниками сборных пунктов в местах, определенных дня сборных пунктов, были подготовлены специальные камеры дня содержания выселяемых по приговорам и специальные помещения для размещения членов семей выселяемых, изъявивших добровольное согласие следовать совместно с ними.

Необходимо отметить, что менее чем через год данный Указ был отменен, и кампания по выселению, к счастью, не успела развернуться в крае в полную силу.

Огромные споры и множество публикаций постперестроечного времени породили кроме всего прочего массу спекуляций о количестве репрессированных в Советском Союзе.

Для того, что подвести черту в данном разделе, мы сочли нужным сказать об истинных масштабах репрессий. О них дают представление следующие данные.

В справке, составленной по требованию Н. Хрущева и представленной ему в начале 1954 г., значилось, что с 1921 г. по 1 февраля 1954 г. в СССР за контрреволюционные преступления было осуждено Коллегией ОГПУ, тройками НКВД, Особым совещанием, Военной коллегией Верховного Суда СССР и военными трибуналами 3 777 880 человек, в том числе к высшей мере наказания было приговорено 642 980 человек, 236 922 человека осуждены на различные сроки заключения, 765 180 человек высланы. Ежегодно в исправительно-трудовых лагерях содержалось от 0,5 до 1,5 млн. человек, из которых политические заключенные составляли в 30-е гг. до 35%, а в первые послевоенные годы их число выросло из-за осуждения предателей и бывших военнопленных.51

В 1946-1950 гг. общее число политзаключенных увеличилось с 338 883 до 578 912 человек, однако их количество в общем числе снизилось до 23%. Общее количество всех заключенных в СССР вместе с контингентом исправительно-трудовых колоний для детей, женщин и других лиц, которые не направлялись в лагеря, где содержались политические заключенные и крупные уголовники, составляло в 1953 г. 2 468 524 человека.52

Все последующие попытки уточнения этих данных не привели к сколько-нибудь существенному изменению порядка приведенных цифр. По данным КГБ, установленным в феврале 1990 г., в СССР с 1930 по 1953 г. было осуждено за государственные и контрреволюционные преступления 3 778 234 человека, из которых 786 098 приговорено к расстрелу. Из них реабилитировано (пожизненно и посмертно) 844 470 человек. По существу это и есть необоснованные репрессии. Через исправительно-трудовые лагеря с 1930 по 1953 г. прошло 11,8 млн. человек, через колонии - 6,5 млн. Соответственно, всего в лагерях и колониях за это время побывало 18,3 млн. человек. Из общего количества заключенных (18,3 млн. чел.) за контрреволюционные преступления было осуждено 3,7 млн. человек (20,2%).53

В сборнике документов «Реабилитация: как это было» опубликованы погодные данные о количестве арестованных и осужденных органами ВЧК-ОГПУ - НКВД - МГБ СССР в 1921 - 1953 гг.

Сведения о числе всех осужденных к высшей мере наказания за контрреволюционные и другие особо опасные преступления свидетельствуют, что в 1937-1938 гг., в годы «большого террора», страна ежедневно теряла по этой статье по 970-900 человек. В 1939-1940 гг. таких приговоров выносилось по пять - семь в день (примерно столько же, сколько в 1932-1934 гг. и почти в два раза больше, чем в 1935-1936 гг.), в 1946 г. - восемь, в 1947 г. - три, в 1950 г.- один - два, в 1951-1952 гг. – четыре - пять, в первую половину 1953 г. - один приговор в день.54

Жестокость в послевоенной политической и идеологической борьбе по сравнению с 30-ми годами шла на убыль. С 26 мая 1947 г. до 12 января 1950 г. в стране не было смертной казни.

Дальнейшие противоречия между высшим руководством страны по определению перспектив послевоенного развития силовых структур привели к тому, что в 1949 г. из МВД практически вывели функции охраны общественного порядка: Постановлением Совета министров № 4723-1815сс от 13 октября пограничные войска и милиция были переданы в МГБ. Правда, объединение в одном ведомстве функций государственной безопасности и охраны общественного порядка, а также передача ему ряда войсковых управлений возродили проблемы, с которыми уже сталкивался предвоенный НКВД, - проблемы управления подобной организацией. Но в течение трех лет это не касалось МВД, которое оставалось огромным промышленно - тюремно - лагерным образованием.

9 ноября 1949 г. издается приказ №0099/0047 за двумя подписями - начальника Управления МВД по Ставропольскому краю полковника Слякоткина и начальника Управления МГБ по Ставропольскому краю генерал-лейтенанта Ермолаева «О передаче в оперативное подчинение органов милиции из УМВД в УМГБ по Ставропольскому краю».55

В соответствии с приказом, с 10 ноября 1949 г. Краевое Управление милиции, Управление милиции Черкесской АО, городские и районные отделы милиции и все строевые подразделения милиции края входили в состав Управления МГБ края.

Приказом 00104 от 10 ноября 1949 г. штатная численность органов и аппаратов милиции из штатов УМВД края была окончательно исключена.56

Дальнейшие изменения в структуре и функциях МВД шли также в русле сохранения за МВД хозяйственно - пенетициарных задач. В 1949 г. Постановлением Совета министров СССР № 1409-506сс от 11 апреля на него возложили разведку и добычу цветных и редких металлов.

Подводя итог материалам этого раздела, можно сказать, что в политическом процессе 1945-1950 г.г., не совсем укладывающемся в расхожие представления о постоянном нарастании черт тоталитаризма в эти годы, тесно переплетались два противоположных курса - на сохранение и развитие репрессивной роли государства, и на формальную демократизацию политической системы и общественной жизни. Тем не менее, наблюдалось оживление общественной жизни, возобновление после долгого перерыва съездов общественных и общественно-политических организаций СССР. В 1949 г. состоялся X съезд профсоюзов и XI съезд комсомола (спустя соответственно 17 и 13 лет после предыдущих). В 1952 г. состоялся XIX съезд партии, принявший решение переименовать ВКП(б) в КПСС.

В этот период была проведена серия мероприятий, направленных на общеобразовательную и специальную подготовку кадров милиции, укрепление материально- бытового положения личного состава, привлечение общественности к деятельности правоохранительных органов.

Примечания к главе 14. «Органы внутренних дел Ставропольского края в 1945-50 годах XX века».

1. А.Топтыгин. Лаврентий Берия. М. 2005.

2. Там же

3. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. л. 156-157.

4. В.И.Степанов. Нарком СМЕРША. СПб., Издательский дом «Нева». 2003.

5. А.И.Вдовин. Русские в XX веке. М., «Олма-пресс». 2004.

6. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л.л. 40-41.

7. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.л. 30 -33.

8. Архив ГУВД СК. 1946 г. Дела оперучета.

9. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. 225.

10. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л.9.

11. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л.18.

12. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.10.

13. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л.35.

14. МВД. 1902 - 2002. Исторический очерк. Объединенная редакция МВД. М. 2004.

15. А.И.Вдовин. Русские в XX веке. М., «Олма-пресс». 2004.

16. МВД России. Энциклопедия. Объединенная редакция МВД. М. 2000.

17. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л.60.

18. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л.л. 142-144.

19. МВД. 1902 - 2002. Исторический очерк. Объединенная редакция МВД. М. 2004.

20. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.191.

21. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. 217.

22. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л. 8.

23. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. 129.

24. Архив ГУВД СК. 1947 г. Оп. 13, Т.2 Л. 8.

25. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л.11.

26. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л. 28.

27. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. 113..

28. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л.л.167,168.

29.ГУЛАГ. 1917 - 1960. Сборник документов. М. 2002.

30. Россия в двадцатом веке. Реформы и революции. Сб. в 2-х т.т. М. 2002.

31. Тимошина Т.М. Экономическая история России. 7-е издание. М. 2002.

32. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.16.

33. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. 58.

34. Г.В.Марков. Часовые правопорядка. Черкесск. 1997.

35. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.л. 6-20.

36. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.1 арх. № 70, Л. 123.

37. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.177.

38. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л. 109.

39. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л.л. 134, 141.

40. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л. 129.

41. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.3 арх. № 70, Л. 99.

42. Архив ГУВД СК. 1946 г. Оп. 48, Т.2 арх. № 70, Л. 54.

43. Архив ГУВД СК. 1949 г. Опись № 15, арх. № 97, Т.1 Л.54.

44. Архив ГУВД СК. 1949 г. Опись № 15, арх. № 97, Т.1 Л.11.

45. Архив ГУВД СК. 1949 г. опись № 15, арх. № 99, том №3. Л.18.

46. Архив ГУВД СК. 1948 г. – опись № 14, арх. № 84, том №1 Л. 85.

47. Архив ГУВД СК. 1949 г. – опись № 15, арх. № 97, том №1. Л.л.12-17.

48. Архив ГУВД СК. 1949 г. – опись № 15, арх. № 97, том №1. Л.53.

49.Архив ГУВД СК. 1948 г. – опись № 14, арх. № 93. Л.л.154-155.

50. Архив ГУВД СК. 1948 г – опись № 14, арх. № 85, том №2. Л.л. 73-76.

51. Платонов О.А. Терновый венец России: история русского народа в XX веке. В 2-х т.т. М.1997.

52. А.Топтыгин. Лаврентий Берия. М., 2005.

53. Реабилитация: как это было. Сборник документов. М.2000. Т.1.

54. А.И.Вдовин. Русские в XX веке. М., «Олма-пресс», 2004.

55. Архив ГУВД СК. 1949 г. опись № 15, арх. № 99, том №3. Л.л.119,120.

56. Архив ГУВД СК. 1949 г. опись № 15, арх. № 99, том №3. Л.129.

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2021, МВД России